Внешняя политика: «Это трагическая ошибка». Американский государственный деятель сомневается в целесообразности расширения НАТО. Автор: Томас Л. Фридман. Его голос немного слаб, но ум, даже в 94 года, по-прежнему остр. Поэтому, когда я связался с Джорджем Кеннаном по телефону, чтобы узнать его реакцию на ратификацию Сенатом расширения НАТО, я не удивился, обнаружив, что человек, который был архитектором успешного сдерживания Советского Союза Америкой и одним из великих американских государственных деятелей 20-го века, был готов ответить. «Я думаю, это начало новой холодной войны», — сказал Кеннан из своего дома в Принстоне. «Я думаю, что русские постепенно отреагируют весьма негативно, и это повлияет на их политику. Я считаю это трагической ошибкой. Для этого не было абсолютно никаких оснований. Никто никому не угрожал. Это расширение заставило бы отцов-основателей этой страны перевернуться в гробу. Мы подписали соглашение о защите целого ряда стран, хотя у нас нет ни ресурсов, ни намерения делать это всерьез. (Расширение НАТО) было просто легкомысленным действием Сената, который не проявляет реального интереса к внешней политике». «Меня беспокоит, насколько поверхностными и неинформированными были все дебаты в Сенате», — добавил Кеннан, присутствовавший при создании Организации Североатлантического договора и чья анонимная статья 1947 года в журнале Foreign Affairs, подписанная «X», определила политику сдерживания Америки в период холодной войны на протяжении 40 лет. «Меня особенно обеспокоили упоминания России как страны, жаждущей нападения на Западную Европу. Неужели люди не понимают? Наши разногласия во время холодной войны были связаны с советским коммунистическим режимом. А теперь мы отворачиваемся от тех самых людей, которые совершили величайшую бескровную революцию в истории, чтобы свергнуть этот советский режим. И российская демократия продвинулась так же далеко, если не дальше, чем в любой из этих стран, которые мы только что обязались защищать от России», — сказал Кеннан, который поступил на работу в Госдепартамент в 1926 году и был послом в Москве в 1952 году. «Это свидетельствует о крайнем непонимании российской и советской истории». Конечно, со стороны России последует негативная реакция, и тогда (сторонники расширения НАТО) скажут: «Мы всегда говорили вам, что русские такие, но это просто неправильно». Остаётся только гадать, что скажут будущие историки. Если нам повезёт, они скажут, что расширение НАТО до Польши, Венгрии и Чехии просто не имело значения, потому что вакуум, который оно должно было заполнить, уже был заполнен, просто команда Клинтона этого не видела. Они скажут, что силы глобализации, интегрирующие Европу, в сочетании с новыми соглашениями о контроле над вооружениями оказались настолько мощными, что Россия, несмотря на расширение НАТО, продвинулась вперёд в демократизации и вестернизации и постепенно была втянута в слабо объединённую Европу. Если нам не повезёт, они скажут, как предсказывает Кеннан, что расширение НАТО создало ситуацию, в которой НАТО должно либо расширяться до границ России, спровоцировав новую холодную войну, либо прекратить расширение после этих трёх новых стран и создать новую разделительную линию через Европа. Но есть одна вещь, которую будущие историки непременно отметят, — это полная нехватка воображения, которая характеризовала внешнюю политику США в конце 1990-х годов. Они отметят, что одно из важнейших событий этого столетия произошло между 1989 и 1992 годами — крах Советской империи, которая обладала возможностями, имперскими намерениями и идеологией, способными реально угрожать всему свободному миру. Благодаря решимости Запада и мужеству российских демократов, эта советская империя рухнула без единого выстрела, породив демократическую Россию, освободив бывшие советские республики и приведя к беспрецедентным соглашениям о контроле над вооружениями с Соединенными Штатами. И каков был ответ Америки? Это было расширение альянса НАТО времен холодной войны против России и приближение его к российским границам. Да, расскажите своим детям и внукам, что вы жили в эпоху Билла Клинтона и Уильяма Коэна, в эпоху Мадлен Олбрайт и Сэнди Бергер, в эпоху Трента Лотта и Джо Либермана, и вы тоже были свидетелями этого. На этапе создания пост-холодной войны, когда эти титаны внешней политики объединили свои усилия и создали… мышь. Мы живем в эпоху карликов. Единственная хорошая новость в том, что мы добрались сюда целыми и невредимыми, потому что была другая эпоха — эпоха великих государственных деятелей, обладавших и воображением, и мужеством. Прощаясь, Кеннан добавил еще одну вещь: «Это была моя жизнь, и мне больно видеть, как она в конце концов так испорчена». Томас Л. Фридман — обозреватель газеты The New York Times, 229 W. 43rd St., New York, N.Y. 10030.
--
